С 28 февраля США и Израиль наносят удары по Ирану. Иран атакует ракетами и беспилотниками страны Персидского залива — союзников США. В числе прочего иранские военные используют дроны типа «Шахед», модификацию которых применяют ВС РФ в войне с Украиной. В начале марта Украина заявила, что отправила в Иорданию экспертов для защиты американских баз от дронов. Украинские военные уверяют, что им удается сбивать почти 90% российских дронов. В каком положении сейчас находятся стороны, которые участвуют в боях на Ближнем Востоке? И может ли действительно опыт украинских военных помочь странам Персидского залива? Обсуждаем с военным обозревателем «Медузы» Дмитрием Кузнецом. Эпизоды с ним выходят в подкасте «Что случилось» каждый четверг.

Война США и Израиля с Ираном затронула не только каждую страну Ближнего Востока, но и многие государства за пределами региона. Она угрожает затяжным экономическим кризисом во всем мире: шок на рынке взвинтил цены на нефть до 100 долларов за баррель и выше, а иранские власти призвали готовиться к «200 долларам за баррель». При этом Ближний Восток — это самая настоящая многополярная система, здесь нет гегемона: все со всеми постоянно ссорятся и мирятся, воюют и договариваются. Кто, с кем и за что сейчас воюет? Чего они добиваются — и какими методами? Кто на чьей стороне? Рассказываем в этом видео — за 15 минут. Текстовая версия здесь.

Из-за войны США и Израиля с Ираном растут цены на нефть и газ (стоимость нефти в марте взлетала до 120 долларов впервые с 2022 года). Иран заявил о перекрытии Ормузского пролива, через который перевозят до четверти всей нефти в мире, и, по данным американской разведки, минирует пролив. Дональд Трамп заявляет, что может снять некоторые санкции, связанные с нефтью, а Владимир Путин уже заговорил о готовности России поставлять нефть и газ в Европу. Как дальше может развиваться ситуация — перейдут ли стороны к массированным ударам по нефтяной инфраструктуре? Кто сейчас терпит наибольший экономический ущерб? И какую выгоду хочет извлечь Россия? Ведущий Владислав Горин обсуждает со старшим научным сотрудником Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Сергеем Вакуленко.